200 #B
01 октября 1994

Остропёры всех стран, присоединяйтесь! - Правдивые истории от Змея Горыныча.

<b>Остропёры всех стран, присоединяйтесь!</b> - Правдивые истории от Змея Горыныча.

**************************************************************** 
************* ОСТРОПЁРЫ ВСЕХ СТРАН, ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ! *********** 

   Борис ШТЕРН: Итак:написано три главы,начата четвёртая.С этого
момента "Оберхам", если  захочет, может  продолжать нескончаемый
фантастический  роман  о нобелевском лауреате Станиславе Леме, о
фантастах,о фенах,о фантастике и так далее. Темп,тон,ритм заданы
в этих  коротких главах. Два непременных условия: бог в животе и
чувства добрые. Да, забыл про художественность! Художественность
обязательна! Время действия - анахроническое. Сюжетные направле-
ния - разнообразные.

   Александр ЩЕГОЛЕВ: НЕОБХОДИМОЕ ПРЕДУВЕДОМЛЕНИЕ
   Наученный горьким опытом других шутников,автор этой части бу-
риме торопится заявить следующее.
   1. Ольга Ларионова - это  писательница, чьи  произведения  он
(автор) любит с ранней юности и чьи книги он собрал, вероятно, в
полном объёме. Уважение автора  к этому человеку искренне и глу-
боко.
   2. Борис Штерн - это, во-первых, первоклассный  писатель, во-
вторых, мужчина, причём настоящий.
   3. Борис Руденко и Юрий Брайдер, по мнению автора,прежде все-
го писатели, и только потом "милиционеры", "капитаны" или "майо-
ры".
   4. Вообще. Как говорится, все совпадения имён и описанных со-
бытий абсолютно случайны.Автор заранее просит прощения у тех,чьи
имена без спроса использовал. А также у тех, чьи не использовал.
   5. Собственную  фамилию автор вплёл (приплёл) в ткань повест-
вования из этических соображений. Хочешь делать персонажами дру-
гих - умей сам быть персонажем. Короче, фамилию "Щеголев" в сле-
дующих частях буриме, если они будут кем-нибудь написаны, разре-
шается трепать и пачкать как угодно - вплоть до того,что не упо-
минать вовсе.
   6. Отношение автора к так называемому "национальному вопросу"
очень  спокойное, нормальное, можно  сказать, никакое. Интонация
некоторых шуточек, в которых предубежденный читатель обязательно
разглядит что-нибудь нехорошее, просто взята из предыдущей части
буриме. (Привет, Боря! Надеюсь, я ничем тебя не обидел,ни в этой
оговорке, ни в тексте "Правдивых историй". Кстати,сознаюсь нако-
нец, ведь это моя настоящая фамилия - доктор Кац! Раньше я писал
под русским псевдонимом, потому что опасался преследования.)
---------------------------------------------------------------- 

               ПРАВДИВЫЕ ИСТОРИИ ОТ ЗМЕЯ ГОРЫНЫЧА
                       (название рабочее)

                                                    Борис Штерн:
   1. НАЕДИНЕ С МУЖЧИНОЙ
   Однажды после дождя известнейшая писательница-фантастка Ольга
Ларионова с двумя полными хозяйственными сумками стояла на оста- 
новке  автобуса, чтобы  ехать в Дом ленинградских писателей, что
на улице  Шпалерной-17. Там должен был состояться а-ля фуршет по
поводу  вручения Станиславу Лему Нобелевской премии. Подошел ав-
тобус ненужного ей маршрута,и Ольга услышала крик. Оглянулась. К
ней  бежал  невысокий мужчина в пальтишке, с тортом на вытянутых
руках  и с бутылкой  водки в кармане, за ним гнались два офицера
милиции и кричали:
   - Задержите его, задержите!
   Близорукая  Ольга, конечно, не хотела вмешиваться в погоню за
преступником, но человек с тортом был так похож на Чикатило, что
Ольга всё-таки  исполнила свой гражданский долг - подставила ему 
ножку. Преступник упал прямо в грязь,где шляпа,где ноги,где торт
- можно себе представить. Подбежавшие милиционеры дико взглянули
на Ольгу и успели вскочить в отходящий автобус.
   Автобус уехал.
   Ольга осталась наедине с мужчиной.

   2. КИЕВСКИЙ ТОРТ
   Ольга осталась наедине с мужчиной.
   Мужчина  был такой же близорукий. Одной рукой он искал в луже
свои очки,со второй облизывал размазанный "Киевский торт". Ольге
было очень неудобно, очень смешно и очень страшно - мужчина впо-
лне имел право дать ей пощёчину за такие дела,а удрать от мужчи-
ны с двумя полными сумками не было никакой возможности. Наконец,
мужчина нашёл очки, выбрался из лужи и, сжимая кулаки, посмотрел
на Ольгу. Конечно, это был не Чикатило, но Ольге он поразительно
напоминал кого-то.
   - Пся крёв!!! - грубо  по-польски  выругался мужчина, и Ольга
с ужасом  узнала в нем самого Станислава Лема, нобелевского лау-
реата, на  встречу  с которым она направлялась в Дом Писателей с
двумя хозяйственными сумками, в которых  была всякая всячина для
а-ля фуршета - тот же "Киевский торт",водка,закуска и так далее,
- всё это покупалось в складчину между  советскими фантастами по
десять долларов с рыла. Ольга начала извиняться и счищать с Лема
остатки "Киевского  торта". Оставим  Ольгу  Ларионову наедине со
Станиславом Лемом, и последуем за милиционерами. 

   3. ВОЗВРАЩЕНИЕ МИЛИЦИОНЕРОВ
   Эти милиционеры  были не совсем чтобы милиционерами. Это были
приезжие милиционеры - один из Москвы, другой из Минска,их звали
Борис Руденко и Юрий Брайдер, один - майор, другой - капитан ми- 
лиции. Дело в том, что они тоже писали фантастику и тоже спешили
на Шпалерную-17, чтобы принять участие  в чествовании Станислава
Лема, но случайно вскочили не в тот автобус.Упавшего в лужу пана 
Станислава они не узнали,но женщина,подставившая ему ножку,пока- 
залась им знакомой...
   - Вроде, тётка из наших... - сказал Руденко.
   - Похожа на Людмилу Козинец,- согласился  Брайдер.- Зачем она
подставила ему ножку? 
   - Но ты же сам кричал ей: "Задержите, задержите!"
   - Ты тоже кричал.
   - Я имел в виду "Задержать автобус".
   - Я тоже имел в виду автобус.
   - Значит, она нас не так поняла. Нет, это не Людмила Козинец.
Людмилу я хорошо знаю. Это Ариадна Громова. 
   Так  они гадали и не замечали, что едут не на Шпалерную-17, а
делают круг на конечной остановке и возвращаются обратно - туда,
где остались Лем и Ларионова.

   4. ПАН СТАНИСЛАВ
   Лем, как  известно, по  происхождению никакой не поляк, а наш
львовский  еврей, похожий на одессита Бабеля или на Романа Подо-
льного. Поэтому Ольга моментально нашла с ним общий язык... 
                                              Александр Щеголев:
   Тем более, лауреат так до конца и не понял, почему упал. Уве-
ренности, что его толкнули,не было. Гонясь за автобусом,он оста-
вался  погруженным в свои мысли, обдумывал ту неловкую ситуацию,
в которую ввергло его неожиданное приглашение на банкет. В част-
ности,решал сложную этическую задачу: следует ли ему признавать-
ся, что он не просто не знаком ни с кем из ожидающих его писате-
лей, редакторов  и издателей, но  даже не слышал о существовании
кого-либо из них.
   Беседа между подчеркнуто галантным (хотя и мокрым) мужчиной и
воспрявшей духом женщиной велась, разумеется,на еврейском языке.
На львовско-одесском диалекте - из  уважения собеседников друг к
другу. Они обсудили вчерашнюю церемонию награждения, что состоя-
лась в рамках знаменитой конференции "Интерпресскон". Точнее,оп-
ределенные странности,удивлявшие обоих.Нет,не было ничего стран-
ного  в том, почему  Нобелевский  комитет решился-таки перенести
церемонию  из  забытого Богом Стокгольма в престижный Репино. Но
чем вызвано столь яростное возмущение значительной части  гостей
конференции? Неужели эти люди всерьез опасались, что Нобелевская
премия может хоть как-то потеснить приз "Гамбургский Счёт" (вож-
деленный для любого писателя контейнер в форме боксёрской перча-
тки,содержащий десять килограмм плутония)? Смешно. Ведь масштабы
премий несопоставимы! Далее - кто посмел похитить деньги,торжес-
твенно прибывшие из Стокгольма? В результате господин Сидорович,
организатор  конференции, вынужден  был гасить скандал, вынув из
бюджета незапланированные сто тысяч долларов - ничтожная, конеч-
но, сумма для возглавляемого им банка,и всё же. Наконец,откуда в
роскошном Репино взялось столько нищих? Нищие буквально атакова-
ли счастливого нобелевского лауреата,и тот покорно раздал им всю
полученную премию - в течение одного вечера...

   5. ТОЖЕ ФАНТАСТ
   Да, разговор получился.
   Даже несмотря на то,что Ольга Ларионова была ненастоящей. На-
стоящая Ольга Ларионова в этот момент находилась у себя дома.Она
обиделась на второсортных редакторов,публикующих в своих третье-
разрядных журналах фантазии далеко не первоклассных писателей, и
правильно сделала.
   Мало  того, собеседник  пана Лема вообще не был женщиной. Или
если выразиться точнее - собеседница пана Лема была мужчиной,пе-
реодетым женщиной.
   По-видимому,пришло время раскрыть некоторые из тайн.Человека,
подставившего ножку великому писателю,звали Борис Штерн - он то-
же был фантастом, а кроме того, входил  в оргкомитет конференции
"Интерпресскон", заседал  в жюри премии "Гамбургский Счёт" и яв- 
лялся  действительным  членом Нобелевского комитета. Дело в том,
что  Борис  терпеть не мог заниматься общественной работой, поэ-
тому его всюду и выбирали. Из-за болезненной интеллигентности он
не умел отказываться. Только таких людей, кстати,и надо включать
в различные  жюри  и комитеты, в этом состоит истинно государст-
венный подход. Сам он живёт в Киеве, что особенно удобно для ру-
ководителей тех иностранных органов,в которых он членствует. Пи-
сатель Штерн, если уж зашла о нем речь, на самом деле никакой не
еврей (в отличие от Лема), хоть и с Украины.Однако такой же наш,
как и пан Станислав. Он типичный  человек планеты. ЧЬЕЙ ПЛАНЕТЫ?
- можно  было  бы спросить, но сведения теологического характера
здесь ни к чему, рассказ о другом.
   Всего лишь час назад в репинский филиал Нобелевского комитета
поступила  конфиденциальная информация от одного из добровольных
"помощников". А может, от секретного  сотрудника (что совершенно
неважно). О том, что готовится похищение Нобелевского лауреата -
как  раз  по  пути  на банкет а-ля фуршет. Какая из сект фэндома
спланировала эту провокацию, осталось неизвестным, так же, как и
цель  провокации, но меры следовало принять незамедлительно. Вот
Борис, единственный  трезвый человек из веселой литературной об- 
щественности,и бросился спасать любимого писателя. Он неслучайно
встал  на  остановке  возле гостиницы "Августейшая", где жил пан
Лем, и неслучайно подставил Мастеру ножку.Очень уж подозрительно 
выглядел подошедший автобус (вполне пригодного,между прочим,мар-
шрута, если довериться номерной табличке) - вместительный,чисте-
нький,с прекрасно отрегулированным двигателем.И без единого пас-
сажира. Прямо-таки  фантом, "Летучий  Голландец". Короче говоря,
Борис принял единственно правильное решение. 
   А милиционеров, проглоченных этим чудовищем, было жалко.
   Вот только непонятно, зачем фантасту Штерну понадобилось мас-
кироваться  Ольгой  Ларионовой. Он, к  сожалению, и сам этого не
знал. Возможно,начитался крутосваренных боевиков вроде "Отеля "У
погибшего альпиниста", в которых космические супер-Ольги то жен- 
щины,то мужчины,и решил,что настоящие герои - такие. Это всё из-
за неопытности. Впрочем,перевоплощение в обаятельную особу иного
пола далось ему легко и естественно, что да,то да. Поэтому в да-
льнейшем, во  избежание путаницы, Бориса Штерна вполне допустимо
именовать по-прежнему: "Ольга", "она", "женщина".
   Итак, мужчина и женщина, оставшись наедине, беседовали. Много
вопросов успели они задать друг другу,пока не вспомнили главный:
где же автобус?

   6. СЛАВА РЫБАКОВ!
   Номерная табличка на автобусе действительно была та,что поло-
жено. Опытные милиционеры не сели бы абы куда,это ясно. И умница
Лем просто так не перешёл бы с шага на бег. Но ехал автобус как- 
то слишком уж неправильно, писатели-фантасты  это в конце концов
обнаружили. Прошествовав сквозь пустой салон,они оказались возле
кабины водителя.
   - Странный какой-то шофёр,- проявив проницательность, заметил
майор Руденко.
   - Руки у него не шофёрские,- поддержал капитан Брайдер, недо-
бро сощурившись.- Нежные, как у писателя.
   - Или как у наёмного убийцы.
   - И весь он слишком уж смуглый, кучерявый. Иностранец,что ли?
   - Нет, не может быть иностранец. Наверное, он просто еврей.
   - Еврей?
   - Ну, вроде Серёжи Бережного или Андрюши Николаева. Наш чело-
век. 
   - А на лбу, смотри, наколка! Дракон. Почему дракон?
   - Да, уголовники такие не делают. Это,скорее всего,не дракон,
а змей. 
   - А может, это у него василиск вытатуирован?
   - Точно! Не Буркин ли он  Юлий? А что, подрабатывает. Юля всё
умеет  делать - ладно, автобус водить, и сам повести сочиняет, и 
музыку записывает, печатает сам свои книги и пластинки,даже про- 
даёт их тоже сам. 
   - Где тогда мальчик? Буркин без сына никуда не ездит. Боится,
наверное, один в комнате оставаться. 
   Пассажиры требовательно окликнули водителя:
   - Эй, Юлий!
   Тот не оглянулся. Нет, не Буркин.
   Между тем автобус внезапно остановился. Путь преграждала тол-
па демонстрантов,марширующая по улице. Над головами людей раска-
чивались огромные транспаранты: "ЛИТЕРАТУРА И ФАНТАСТИКА ЕДИНЫ",
"ЧТЕНИЕ - ДЕЛО ВСЕХ  И КАЖДОГО". Топорщились  лозунги  поменьше: 
"Слава высокой  печати!", "Слава нам!", "Слава Рыбаков!" То тут, 
то там выглядывали плакатики с малопонятными репликами: "Художе-
ственность!", "Турбо!", "Массаракш!" - как будто кто-то вскрики- 
вает в толпе. Реяло алое знамя с драконом в правом верхнем углу.
Дракон на знамени был не такой, как у водителя (у того злой, на-
меренно  повёрнутый в обратную сторону - дракон Правого Пути), а
истинный, Левого Пути.
   Демонстранты скандировали: "Ду-ра-ки! Ду-ра-ки!" Впрочем,име-
ли в виду не пассажиров вставшего автобуса, а других своих лите-
ратурных противников.
   - Опять, по-моему, "новые коллективисты", - предположил  Боря
Руденко. 
   - А может, "новые эгоцентристы"?
   - Кто ж их разберет, их сейчас так много разных.
   - В общем, новые, - устало  подытожил  Юра Брайдер. - Чего-то
требуют. 
   На самом деле шествие организовала влиятельная партия "За фа-
нтастику с человеческим лицом". У этих людей, конечно, были тре- 
бования (в частности,общее программное: "Дай дорогу!"), но в на-
стоящий момент колонна  просто направлялась к Дому Писателя, па-
рализовав городской транспорт.
   Демонстранты, обнаружив в своих рядах автобус, обрадовались и
хлынули  внутрь  салона. Они  были  шумные и резкие в движениях,
наэлектризованные сплочённостью, переполненные правотой и силой.
Улица вскоре опустела.
   Поместились все. Решительно расселись, загорланили: "Шеф, по-
дбрось до Литейного!" Два  уже  сидевших в автобусе пассажира не 
возмутились.Им ведь тоже до Литейного.И не испугались.Во-первых,
табельное оружие на боку, во-вторых,среди демонстрантов сплошные
свои - вот этот хотя бы...как там его зовут?.. или тот,с лысиной
- говорят, тоже талантливый...
   На  Литейный - как раз мимо гостиницы "Августейшая". Мимо то-
мящихся  в ожидании  мужчины Лема и женщины Штерна. Автобус пое-
хал, а литераторы  начали слаженно декламировать: "Мы, реалисты,
народ плечистый!.." 

   7. ТЕРРОРИСТ НАТАНЫЧ
   Кто-то, возможно,уже догадался,что шофер автобуса был не про-
сто шофёр. А то и вовсе не шофёр, хотя управлялся с машиной про-
фессионально. Это  был террорист Щеголев, хорошо известный в Ев-
ропе,Азии,Африке и Америке. С ним связано огромное число громких
акций, о некоторых из которых будет сказано позже, и не зря этот
безжалостный человек имел кличку "Контра". Кстати, Щеголев - то-
же псевдоним. Преступник  цинично  присвоил  фамилию популярного
политика и публициста, а всамделишний Щеголев в данный момент,по
обыкновению, спал.
   Настоящее  имя  террориста было Натаныч Рамирес Санчес. Родом
из Колумбии,он обрёл убежище на гостеприимной петербургской зем-
ле. Его отец,южноамериканский фанатик-библиофил,назвал троих сы-
новей так: Аркадий,Борис и Натаныч, в знак уважения сами понима-
ете к кому.Двое стали трудолюбивыми фермерами,чьи хозяйства спе-
циализируются на культуре кока,и только младший вырос неизвестно
кем. Вот как в жизни бывает.
   План похищения не удался.Террорист сообразил,что вместо Нобе-
левского  лауреата в его автобус сели сотрудники местной жандар-
мерии. Случайностью  это никак не могло быть. Выход напрашивался
сам собой - как ни в чём не бывало следовать по маршруту,при пе-
рвом удобном случае убрать фараонов и уносить колеса. Правда,за-
казчики... м-м, ох уж эти  заказчики! Что ОНИ скажут? Срыв такой
операции  не  простился  бы никому... Разумнее было "перепутать"
маршрут, уйдя  на кольцо, развернуться и двигаться обратно - что
преступник и сделал.
   Но убрать фараонов тем более необходимо.
   Рука  террориста  изредка тянулась к спрятанному под сиденьем
"Алексу" (калибр  0.38  дюйма, скорострельность  300  в минуту). 
Особенно он нервничал, когда милиционеры  бесцеремонно разгляды-
вали его. Террорист  сдерживался, понимая, что противники - тоже
профессионалы. И ждал, ждал момент.
   Вот тут-то ворвавшиеся  в салон литераторы вконец спутали ему
карты.

   8. КОЕ-ЧТО НА ДЕСЕРТ
   Хозяева банкета а-ля фуршет подстраховались. Гостей пригласи-
ли на Шпалерную, 17 (лже-Ольга и Станислав  упоминали правильный
адрес в своих мыслях). Но Дом Писателя расположен по адресу Шпа-
лерная,18! Это рядом,напротив. Задумка была такая - о точном ме-
сте (Шпалерная, 17) сообщать только своим, проверенным,а нежела-
тельные  гости и просто поклонники Лема пусть направляются в Дом
Писателя, пусть безуспешно ищут. Красивая задумка.
   Собравшиеся ждали.Висели приветственные плакаты: "Слава Лем!"
- на одной стене комнаты, "Стасик Лем!" - на другой. Манили изы-
сканные  вина  и закуски. Повсюду  лежали стопки романа "Понос",
написанного  Нобелевским  лауреатом  вслед  за известным романом
"Насморк". Книги  предназначались  для организованного получения 
автографов, как бы на десерт.
   Этот фантастический детектив (имеется в виду "Понос") расска-
зывал о подпольном производстве совершенно нового типа винограда
- управляемого, который то спел, то зелен. Пан Лем, правда, оби-
жался на такую трактовку и утверждал, что на самом деле он писал
о трагедии искусственно оразумленного существа - лисицы, которая
то дура, то умная. На протяжении  всего романа герой-следователь
мучатся животом, а в финале умирает, так никого и не разоблачив.
   Впрочем, всё сказанное в этой главе к делу не относится.
   Лауреат задерживался.
                                               Михаил Успенский:
   9. ИДЕНТИФИКАЦИЯ ШТЕРНА
   Но задерживались  и фэны. Сидорович  ходил  взад  и вперёд по
холлу, с неприязнью поглядывая на тщедушную фигурку престарелого
шведского короля. Король был в мундире, при всех регалиях,отчего
народ принимал его за швейцара и величал "папашей".
   "Вовсе незачем было его усыплять и вывозить в трюме сухогруза
"Маньяк Чикатило",- думал Сидорович. - Небось не отсохли бы руки 
у меня самому вручить Нобелевку". 
   В углу холла врач-вредитель Лазарчук уже раскинул свое злове-
щее хозяйство - искусственную почку, искусственное сердце, баро-
камеру, аппарат для переливания крови христианских младенцев - и
теперь жестами манил Сидоровича поправить здоровье.
   В это время в туалете Леонид Ильич гляделся в зеркало и думал
про себя: "Кто этот красивый молдованин? Уж не Сергей ли Иванов?
Нет, это я уже размечтался..." 
   Но  и без того академик Чазов поработал над ним неплохо - пе-
ресаженные органы молодой гориллы совершили чудо.Выглядел Леонид
Ильич  лет  на тридцать, не больше. А чекисты придумали для него 
отличную  легенду - героическое, почти диссидентское прошлое, да
и фамилию подобрали подходящую - Бережной.
   ...Стекло входной двери звонко разлетелось,и в холл ввалились
очень сильно хорошие майор Руденко и капитан Брайдер. Они крепко
опирались на незнакомца загадочной наружности и внутренности.
   - Сидор, знакомься! - зашумел  Брайдер. - Наш человек, водила
из Колумбии, маць иху у пераеб! 
   "Началось", - отметил Сидорович.
   "Началось! - обрадованно  думал  террорист Натаныч-Щеголев. -
Легко и свободно внедрился..." 
   Он  внимательно  оглядел холл, и первой заботой злодея стала,
конечно, идентификация Штерна.
   "Надо  будет во время банкета слева от так называемой "Ларио-
новой" посадить,скажем, Лукина, а справа,скажем, Успенского. Ес- 
ли это Штерн, образуется  критическая  масса невероятной убойной 
силы. Если же Ларионова настоящая... Что ж, туда им и дорога!" 
   Террорист Натаныч-Щеголев не ведал жалости. Но тут его взгляд
упал на величественную фигуру в бороде и очках.
   "Опередил,каррамба долбанная!Конечно,старина Витман по кличке
"Уолт" применил свой коронный прием: переоделся Логиновым, а под 
рубаху запихал килограммов двадцать пластиковой взрывчатки,вроде 
как живот... Но ничего, я тебе сделаю галстук по-колумбийски..." 

   10. ПРОКЛЯТИЕ СТАРОГО ФЛЕЙШМАНА
   ...Столяров напряженно всматривался в заоконное пространство.
Он тщательно  сбрил  усы и бороду в надежде, что Луиза Тележко с
питерского ТВ примет его за Лема и тут же возьмет интервью,в ко-
тором он всыплет по первое число заморским графоманам. Таков был
чудовищный замысел его холодного, расчётливого мозга.
   Следом за Столяровым ползли слухи, что никакого Столярова нет
вообще,а просто в начале пятидесятых в Ленинграде проводили сек-
ретные опыты по клонированию,и среди доноров был молодой студент
Б. Стругацкий. 
   Это объясняло многое, если не всё.
   "У Витмана, конечно, взрыватель нажимного действия, - сообра-
жал террорист. - Подойдет к Столярову, пожмёт руку - и взрыв! Он 
уже десятки раз это проделывал..." 
   Из туалета вышел Леонид Ильич Бережной, ища, кого бы обнять и
поцеловать.
   - Застегнуться не забудь, компартия!- злобно кинул ему хорошо
осведомлённый  Сидорович, но  тут к разгромленной двери подкатил
рефрижератор.
   - Фэны приехали! Они такие оригиналы!- загалдел народ. Быстро
откинули засов, распахнули двери фургона.
   Рефрижератор был доверху забит картонными коробками.На каждой
из них красовалась этикетка "Электрофен "Моряна".
   Сидорович  открывал  тару, убеждался, что вместо Казакова или
Байкалова там действительно парикмахерское устройство,и отбрасы- 
вал в сторону. Только на последней коробке было написано: "Сифон
бытовой "Свияга". 
   Сидорович похолодел.
   "Кто-то по дороге переправил одну букву в накладной,- догада-
лся босс.- И вот что мы имеем! Сбывается проклятие старого Флей- 
шмана..." 
   Лазарчук в своем углу радостно залязгал ланцетами.
   А заодно и корнцангами.

   11. ПАН, КОТОРЫЙ ПРОПАЛ
   ...Пан Станислав заявился с довольно странной компанией - до-
статочно  сказать, что самым приличным человеком в ней был писа-
тель  Казанцев, которого  польский  классик почтительно именовал
"экселенц". 
   "Придется терпеть", - скрипнул зубами Сидорович и пихнул шве-
дского короля локтем:
   - Пошёл, папаша!
   Вместо  Нобелевской  речи пан Станислав почему-то забрался на
стол и начал декламировать бессмертные строки Мицкевича из поэмы
"Пан Тадеуш, или последний наезд на Литве": 

                        То не шт(у)ка -
                        З(а)биць кр(у)ка
                        (А)ле с(о)ву
                        Втр(а)фиць в гл(о)ву.
                        Комбин(а)цья
                        Для жолн(е)жа -
                        Г(о)лем д(у)пем
                        З(а)биць (е)жа!

   Все зааплодировали,только Рыбаков, известный внезапной дерзо-
стию своих поступков,тоже забрался на стол и с криком: "Все хва-
лят, а я плюю на вашего Лема!" точно плюнул на лысину классика. 
   Правда, он  тут  же ужаснулся своему деянию, принялся стирать
плевок рукавом пиджака.
   Плевок исчез, следом за ним поползла и лысина, обнажив взлох-
маченные волосы.
   - Лайдаки! - вопил ложный пан. - До дупы! Жидзи грода Питера!
   Штаны с него тоже сползли,под ними обнаружились старые офице-
рские брюки.
   Это был... Это был...
   Впрочем, читатели уже догадались, кто это был



Другие статьи номера:

Колонка редактора - Сергей Бережной, Андрей Николаев.

Письма - А.Бачило, А.Кубатиева, В.Звягинцева, А.Олексенко, Н.Романецкого, Е.Филенко, Н.Резановой, Л.Вершинина, А.Николаева, Б.Завгороднего.

Галерея герцога Бофора - Идея насчет галереи герцога Бофора весьма плодотворна, но только в ней отнюдь не должно быть рисунков, а одни подписи к картинам, как полагается у Дюма.

Чёртова дюжина неудобных вопросов членам жюри - Андрей Чертков.

Чёртова дюжина неудобных вопросов членам жюри - Андрей Столяров.

Чёртова дюжина неудобных вопросов членам жюри - Андрей Лазарчук.

Чёртова дюжина неудобных вопросов членам жюри - Вячеслав Рыбаков.

Чёртова дюжина неудобных вопросов членам жюри - Евгений Лукин.

Чёртова дюжина неудобных вопросов членам жюри - Эдуард Говоркян.

Чёртова дюжина неудобных вопросов членам жюри - Игорь Можейко.

Чёртова дюжина неудобных вопросов членам жюри - Борис Стругацкий.

Литературные страницы - Полёт над гнездом лягушки.

Барометр - Рецензии С. Бережного.

Есть такое мнение! - Монахи под луной.

Есть такое мнение! - Сделай книгу сам или болезнь сиквела.

Вечный думатель - Фантастика - это вам не балет, тут думать надо!

Вечный думатель - Идея межзвёздных коммуникаций в современной фантастике.

Поспорить с Арбитманом - Спасибо за журнал "Двести". Надеюсь, что со временем он преобразуется в журнал "Сто тысяч" и придёт в каждый дом.

Беседы при свечах - Интервью, взятое у Бориса Натановича Стругацкого.

Остропёры всех стран, присоединяйтесь! - Правдивые истории от Змея Горыныча.


Темы: Игры, Программное обеспечение, Пресса, Аппаратное обеспечение, Сеть, Демосцена, Люди, Программирование

Похожие статьи:
Разное - Cейчас я хочу вставить выдержку из моего дневника, который я веду еще с 1999 года. может кому-нибудь это будет интересно...
Как переделывать игры - поиск подпрограмм работающих с лентой.
Cafe'99 - официальные результаты.

В этот день...   26 ноября