200 #W
01 января 1995

Шлейф - Юрий Гершович Флейшман.


                             Шлейф

   ОТ  РЕДАКЦИИ: Юрий Гершович Флейшман родился в 1961 году в г.
Ленинграде, в 1984 закончил ЛЭИС им. проф. М.А. Бонч-Бруевича по 
специальности  инженер-радиотехник. В  фэн-движении с 1982 года, 
принимал  участие в создании клуба  "МИФ-XX", инициатор создания 
межрегиональной  группы  по  изучению  и  пропаганде  творчества 
братьев Стругацких "Людены", координатор группы. Библиограф фан- 
тастики, имеет ряд публикаций, как отдельно,так и в соавторстве. 
Принимал  участие  во  многих  фэновских  конвентах и творческих 
проектах,в частности - в подготовке спецвыпуска журнала "Измере- 
ние Ф", посвященного юбилею А.Н.Стругацкого. 

                         Юрий ФЛЕЙШМАН

                К ВОПРОСУ О ТРИНАДЦАТОМ ВОПРОСЕ

                     Обойма открытых писем

   Голос его показался мне странным, и я спросил,почему не слыш-
но комментария.
   - Потому что комментариев не будет,- сурово сказал Спиридон.
   - Совсем больше не будет? - спросил я.
   - Нет, отчего же - совсем? Там посмотрим.
                           А. и Б. Стругацкие, "Сказка о Тройке"


                   Редакции журнала "ДВЕСТИ":

   Здравствуйте, Андрей и Сергей!
   1) Злополучный  Тринадцатый  вопрос  анкеты не предназначался
кому-либо, кроме Бориса Натановича Стругацкого. То, что он попал
к "Странникам" и Борису  Завгороднему - целиком вина (или заслу-
га) редакции. "Все, что не делается, делается к лучшему".
   2) В связи с различной реакцией Странников на Тринадцатый во-
прос, я буду отвечать каждому человеку отдельно,и прошу рассмат-
ривать эти ответы обособленно друг от друга.
   3) Я не думал, что придется  отвечать  на вопрос "Кстати, кто
такой этот Флейшман?" ("А ты кто такой?" - гневно вопрошал Пани- 
ковский Балаганова). Я не преувеличиваю свою значимость и извес-
тность в фэндоме, но мне не приходило в голову, что  для кого-то
имеет значение личность человека, высказавшего мнение, тем более
- не только свое. Оказывается - имеет.  Для  Лазарчука.  Не суть
мнения - а личность человека.
   Оставим Лазарчуку его заблуждения.


                 Борису Натановичу Стругацкому:

   Уважаемый Борис Натанович!
   Жаль, что мне не удалось донести до Вас ту обиду и боль,кото-
рую я испытываю.
   Пообщавшись с Вами, я уже сам начал сомневаться в том, сущес-
твовали ли причины для этой обиды. Может быть,это люденский пие-
тет перед Мэтром, может быть, это просто свойство моего характе-
ра - я  довольно  легко принимаю чужую точку зрения. Не знаю. Но
после наших бесед, я, мысленно прокручивая Ваши аргументы,не на-
ходил на них возражений. Все казалось простым и ясным.Но это был
голос  разума, а  вот чувства говорили совсем иное. Этот "Double
Think", как  назвал  его  Оруэлл, это раздвоение между разумом и 
чувствами  очень  беспокоит меня и заставляет еще раз попытаться
обосновать свою позицию.
   А) Кто  такой "фэн" в моем понимании? Наличие профессионализ-
ма, с Вашей точки зрения,для меня не главное. Здесь скорее более
важно  нечто другое...  "...фантастика  в сердце моем...", в нем
все. Годы... Прочитанные книги... Радость общения с единомышлен-
никами... За все это я благодарен фантастике и фэндому.
   Б) Теперь посмотрим на взаимоотношения Странников с фэндомом.
Лет семь-десять назад - очень мало, или практически нет публика-
ций, не  говоря уж о книгах, почти полная неизвестность и отсут-
ствие широкой читательской аудитории. В противоположность "внеш-
нему", во "внутреннем  мире" - фэндоме, все  было с точностью до
наоборот. Здесь они были известны,читаемы и почитаемы. Заинтере-
сованное и благожелательное (можно сказать, благоговейное) отно-
шение к книгам автоматически переносилось нами на самих авторов.
А уж общаться-то с ними,задавать им вопросы и даже просто лицез-
реть!..
   Причин такого положения, на мой взгляд, несколько:
   - отсутствие хорошей фантастики в те беспросветные годы;
   - репрессии со стороны "Молодой гвардии". На Руси всегда было
сочувственное  отношение к обиженным - их не только  "укладывали
под нары", но и выбирали народными депутатами и, даже, Президен-
тами.А тогда эти писатели были в положении обиженных злыми дядя-
ми и тетями из "МГ", Госкомиздатов и всевозможных ЦК;
   - Ваш авторитет, Борис Натанович. Сейчас он для меня по-преж-
нему высок, но в оценке Столярова мы расходимся;
   - И, наконец, наша  семидесятилетняя  большевистская привычка
делить всех на своих и чужих. Она въелась в плоть и кровь.  "Кто
не с нами - тот против нас".
   На мой взгляд,мы (фэндом) нарушили древний Завет - "Не сотво-
ри себе кумира!", за что сейчас и расплачиваемся.
   Этих писателей такое положение дел вполне устраивало. Что де-
лать - других (ТАКИХ) читателей почти не было - хотя этого изве-
стный дяденька не говорил.Благостная картина всеобщего единения.
До поры до времени.При этом предполагалась равнозначность и рав-
ноправие (наше дикое заблуждение, как показала жизнь!) обеих Вы-
соких Сторон.
   В) А теперь перечитайте высказывания А.М. Столярова о его ви-
дении будущего "Интерпресскона" из "Интеркома" N4. Все происшед-
шее на "Интерпрессконе-94" заранее в ней расписано прямо-таки по
пунктам.
   Перейдем к событиям "Интерпресскона-94". Как я их видел и что
при этом чувствовал. Я ждал "Интерпресскона" целый год.Целый год
я "готовил"  себя к встрече с ним, настраивался на эту встречу и
общение с людьми, которые мне дороги.  "Самая большая роскошь на
свете - роскошь человеческого общения". Без малейших колебаний я 
выложил  деньги на взнос. Ничто, казалось, не могло омрачить мне
радость предстоящей встречи. Но это только казалось...
   Первые два дня превзошли мои самые смелые надежды. Одно вста-
вание  зала в едином порыве при вручении премии Ярославцеву чего
стоит! Настроение было приподнятое, повседневные заботы и печали
отошли куда-то далеко.
   О "бесплатном" довеске к "Интерпресскону" по имени "Странник"
я тогда еще не знал.
   Поначалу испортило настроение само шоу - абсолютно безвкусное
и  совершенно  чуждое  празднику  "Интерпресскона". Нам тужились
изобразить вручение "Оскара" или,на худой конец, "Ники", получи-
лась  же жалкая пародия, что еще не самое страшное - большинство
фэнов отнеслись к ней соответственно, и здорово повеселились. Но
вот результаты награждения... Они были, мягко говоря,обескуражи-
вающими. Неужели  мы перестали что-либо понимать в фантастике? -
эта мысль владела умами. Неужели Столяров действительно считает,
что его "Послание к коринфянам" лучше "Дьявола среди людей"? Ви-
димо, да - глядя  на  торжествующее лицо лауреата сомневаться не
приходилось. Как  сказал грубый, но искренний Корнеев из  "Поне-
дельника": "Кто-то врет. Либо вы, либо все законы природы. Я ве- 
рю в законы природы, все остальное меняется". 
   Именно тогда у многих родилась мысль о "самонаграждении" чле-
нов  жюри  и  своего спонсора - издательство "Терра фантастика",
коя (мысль)  так  и  не опровергнута, несмотря на многочисленные
контрдоводы.
   Меня  во всем этом больше всего поразило и обидело то пренеб-
режение,с которым учредитель и жюри отнеслись к нам: по принципу
"чего там, для сельской местности сойдет!" И вообще, "будьте до-
вольны,что за свои деньги были допущены к общению с "небожителя- 
ми" и даже лицезрели "разборку" среди них" - это из письма Э.Ге- 
воркяна. Я согласен  со словами Льва Вершинина: "...жюри "Стран- 
ника"  ...попыталось  освятить  цацку  ореолом  "Сидоркона"..."; 
"...не фэны навязывают писателям свое мнение, а наоборот..." 
   А  как прикажете, Борис Натанович, реагировать на угрозы гос-
подина Успенского насчет "следующего кона,пения хором и обсужде-
ния романа Желязны"? "Коны конаются", для всех участников,но от- 
нюдь  не для того, чтобы кто-то демонстрировал свое  "превосход-
ство" над остальными участниками каким угодно способом и в какой
угодно форме.
   Я  надеюсь, что угрозы ряда членов "Странника" игнорировать в
будущем "Интерпресскон"  и фэндом произнесены в полемическом за-
пале и останутся только словами.В противном случае,хуже от этого
будет только Фантастике.
   Но и это, Борис Натанович, не все:
   - доклад  Столярова, подвергший  сомнению мой здравый смысл и
способность самостоятельно разбираться в прочитанном;
   - пресс-конференция, на которой мне не дали слова;
   - ну,и конечно,ответы на ТРИНАДЦАТЫЙ вопрос. Это была послед-
няя точка, завершающий аккорд.
   О докладе А.М. Столярова могу сказать одно: рассуждая полтора
часа о недопустимости "маргинальных" форм общения и ведения дис-
куссии, в заключительном слове докладчик позволил себе совершен-
но недопустимые выражения в адрес оппонента. "Что позволено Юпи-
теру, не  позволено быку"? В лучших традициях прежних лет, когда 
любое несогласие с Генеральной Линией объявлялось "государствен-
ным  преступлением" и немедленно каралось: в тридцатые-пятидеся-
тые годы - расстрелами и концлагерями, а в более поздние, "либе-
ральные времена" - высылками за границы страны (с лишением граж-
данства), и, кому повезет, психушками. Сей оппонент провозглашен
"врагом народа" без права пожатия руки.  Мне же, видимо, "повез-
ло": пока  меня только объявили идиотом (смотрите, Борис Натано-
вич, ответы Столярова  в "Двести-Б" ). Очевидно, следующим шагом 
Этого  Господина - чему  я  нисколько не удивлюсь - будет требо-
вание лишения меня "гражданства" и "высылки" с "Интерпресскона".
   И после этого удивляться обиде и оскорблению фэнов?!

   P.S. Борис  Натанович, я  специально  нашел и перечитал роман
Дюма. Так вот, либо Вы забыли книжку,либо сознательно слукавили. 
Приведенная  Вами  фраза  принадлежит  Портосу, который действи- 
тельно ничего не понимал, да и понимать не хотел. Что же касает- 
ся Сент-Эньяна, с которым Вы себя сравнили, то он по-началу дей- 
ствительно не понял, чего хотел де Бражелон, посредством Портоса 
(когда речь шла о переезде). Однако, когда разговор коснулся лю- 
ка  и, уж  тем более, портрета, то де Сент-Эньян, как совершенно 
однозначно  написано  в тексте, "...почувствовал, что он прозре- 
вает". 


             Обращение к читателям журнала "ДВЕСТИ":

   Господа!
   Что же произошло на "Интерпрессконе"? Отвечу словами Стругац-
ких:
   "НИЧЕГО ОСОБО ИНТЕРЕСНОГО С ВАМИ НЕ ПРОИЗОШЛО!" (ЗМЛДКС)
   С  одной  стороны - Столяровские  попытки   "модернизировать"
"Интерпресскон" (смотрите "Интеркомъ" N4 ). С другой: "...Теперь 
выяснилось, что и друзей нет. То есть, пока еще имеются, но  уже 
властно начинают предъявлять права на авторские  свободы, дикто- 
вать автору стиль поведения и показывать ему, как  Галилею, ору- 
дия пытки... Вот конфликт и возник, и отнюдь не по  вине писате- 
лей, которые  всего-то  и  хотели, что  учредить свою профессио- 
нальную  премию..." И  еще:  "...Иное дело, что в прошлых мытар- 
ствах родилась "новая социальная общность людей,симпатичных друг 
другу, сомыслящих  и  сопереживающих"... Вот эту общность и надо 
беречь..." 
   Хорошие слова. Только расходятся с делами. А реальность тако-
ва, что нас использовали и выбросили,как соответствующее резино-
вое изделие.
   "Ни одно доброе дело никогда не остается безнаказанным..."


                  Андрею Евгеньевичу Черткову:

   Андрей! Кто умеет и хочет работать - тот издает и,самое глав-
ное, продает  изданное. Кто  не умеет - всегда найдет оправдания
своему неумению и нежеланию.


                    Николаю Юрьевичу Ютанову:

   Бог  простит, Коля! Я  не Бог, прощать не в моей компетенции!
Понимаю, что учреждая премию,ты меньше всего думал обо мне и та-
ких как я (фразу "Фэндом и его мнение меня не интересует!" я за-
помнил  давно  и, как  видишь  надолго), Тринадцатый вопрос тебе
просто смешон. Хочу только заметить, что для нас фантастика - не
самка, и мы ее никогда ни от кого не загораживали руками, плеча-
ми и авторитетами, как это сделал Странник.
   Может  быть, деньги потраченные на "Странник" лучше было пус-
тить на издание еще одной книжки - романа Рыбакова, например?


                 Андрею Михайловичу Столярову:

   Господин Столяров!
   Посидеть и подумать, что может задеть других людей,никогда не
вредно. Почему бы Вам хоть раз в жизни жизни этим не заняться?
   В  каком кругу общеприняты и пристойны термины, легко слетав-
шие с Ваших уст: "полные идиоты", "глупые статьи","слуховые гал-
люцинации",  "съехавшая крыша", "клинический кретинизм"? Где яв- 
ляется нормой тот апломб и безаппеляционность,с которой Вы выно-
сите "приговоры"  и выстраиваете "ранжиры"? Где в почете презре-
ние к несогласным с Вами? Кто может себе позволить такое пренеб-
режение к писателям, намного более известным и любимым читателя-
ми, чем Вы? Я не говорю о набивших оскомину Гаррисоне и Ле Гуин,
неоднократно  премированных "менее престижными", чем  "Странник"
премиями и имеющих написанных книг и их тиражи на порядок больше
Ваших. Хочу  напомнить Вашу фразу на лауреатской пресс-конферен-
ции во время "Интерпресскона-93", а потом неоднократно повторен-
ную в разных местах: "Булычев  и Крапивин - посредственные писа-
тели!" Вот это самомнение! А между тем, не говоря уж о тиражах и 
изданиях, у этих авторов есть клубы преданных поклонников,чего у
Вас, не было, нет, и сильно подозреваю,никогда не будет! Для Вас
это  конечно  не аргумент. И наконец, как прикажете относиться к
человеку,позволяющему себе совершенно хамскую выходку по отноше-
нию к противнику в споре?
   Кстати, о Ваших книгах... Мнение специалистов  (не литератур-
ных  критиков, а  книготорговцев): как  товарный  продукт они не
представляют ни малейшего коммерческого интереса.
   О  моем  целомудрии. Я  как-то давно привык, что даже простой
разговор  об интимных аспектах чужой жизни, тем более - письмен-
ное упоминание, является признаком элементарной невоспитанности.
Кроме того, "целомудренный Флейшман" никогда  не позволял себе в
адрес оппонента выражений "Это ж какую тупую башку надо иметь...
Только идиот может предполагать...Вырывающийся у кого-то бред... 
Подобная чушь... Дурацкие вопросы..." 
   В  свою очередь, спрошу: каким гениальным умом надо обладать,
чтобы  всерьез надеяться, что запланированное действо под назва-
нием "Странник"  не  только  не вызовет никаких возражений, но и
сорвет  бурные аплодисменты и заслужит почет, уважение и восторг
аудитории "Интерпресскона"? А ведь это несомненно планировалось!
Раздражение  устроителей на реакцию фэнов - прямое тому подтвер-
ждение.
   Неужели Вы всерьез полагаете, что любители фантастики преодо-
левали  тысячи километров и государственные границы, чтобы любо-
ваться  полуобнаженными девочками в бездарно поставленном шоу, и
Вашим счастливым видом с бронзовой глыбой в руках?
   Ну - не понимает господин Столяров. Ну - объясните ему, пожа-
луйста, что он - не понимает.


                 Андрею Геннадьевичу Лазарчуку:

   Андрей Геннадьевич!
   Я  всегда  считал, что чувство собственной исключительности -
естественно для любого нормального человека. Каждый человек уни-
кален по своей сути. С другой стороны, я также всегда считал,что
эта уникальность (исключительность) не дает никому права считать
других хуже себя. Как оказалось, эти элементарные (для меня) ис-
тины для Вас отнюдь не априорны.
   Видимо,из тех же свойств Вашего характера вытекает подозрение
в нечестной игре при голосовании по крупной форме на "Интерпрес-
сконе". Я совершенно не понимаю,зачем Андрей Николаев вообще оп- 
равдывался. Агитация  за любое произведение - неотъемлемое право
любого участника. Такое же неотъемлемое право каждого голосующе-
го - самому сделать выбор. За кого же Вы держите фэнов,если счи-
таете, что они могут менять свое мнение в угоду Николаеву?!
   Довожу до всеобщего сведения, что Ваша последняя книга  "Свя-
щенный месяц Ринь", несмотря на героические усилия издательства, 
а также нескольких петербургских и московских книготорговых фирм
(далеко не худших в своем "ремесле", смею вас заверить) бестсел-
лером  отнюдь не стала. Она, конечно, продается - врать не буду,
но отнюдь не с той скоростью, как видимо,планировалось автором и
издателями. Зато - самая премированная!..


                 Вячеславу Михайловичу Рыбакову:

   Уважаемый Вячеслав Михайлович!
   Главное для меня заключается в том, что для Вас, в отличии от
некоторых Ваших коллег по "Страннику", совершенно ясна необходи-
мость читателя (и фэндома,соответственно) для писателя. ("Все же
я, черт  возьми, не  онанизмом занимаюсь, я для людей пишу, а не 
для самоуслаждения". Ф.Сорокин "Хромая судьба"). Спасибо  Вам за 
это!
   Что  же  касается  всего остального, то здесь я с Вами согла-
ситься  не могу. И относительно "воды, говорящей рыбе" и по дру-
гим вопросам. Никто не собирается диктовать писателям как им пи-
сать. Просто хочется им напомнить, что они не "небожители",а фэ-
ны - не быдло и идиоты.
   Вручение "Оскара"  или "Небьюлы" без моего разрешения меня не
оскорбляет. Поскольку  не  задевает  меня  никаким  боком. А вот
"Интерпресскон" меня касается, и довольно серьезно. 
   "Как могут несколько человек, приняв то и иное решение,оскор-
бить им других людей,не имеющих к процессу выработки этого реше- 
ния  ни  малейшего  отношения?" Мне, честно говоря, даже неловко 
объяснять профессиональному историку такие элементарные вещи. Ну
вот, к примеру, собрались три мужика в Беловежской пуще. Посиде-
ли и приняли хорошо известное решение, последствия которого мы и
сейчас ощущаем. Сколько миллионов обиженных этим решением насчи-
тывается в нашей стране? И все они не имели ни малейшего отноше-
ния  к  процессу выработки и принятия его. Это высокая политика.
Там  сплошь и рядом несколько человек вершат судьбы миллионов. И
хорошо еще если людей только оскорбят принятым решением. А могут
и  просто  уничтожить... Можем  перейти и к прозе жизни. В неком
давнем сейчас году несколько деятелей Ленинградского УКГБ посчи-
тали, что повесть молодого тогда В. Рыбакова  "Доверие" является
антисоветской  и приняли решение: повесть изъять, с автором про-
вести профилактическую беседу. Я думаю, что к принятию и осущес-
твлению  данного  решения Вы, Вячеслав Михайлович, тоже не имели
никакого  отношения, но если Вы скажете, что не были оскорблены,
то я Вам просто не поверю.
   Приведенный  Вами аргумент насчет фильмов и прибежавших сосе-
дей, позвольте  считать  неудачным. Я вынужден - чтобы не повто-
ряться, просить Вас обратить внимание на приведенные Выше цитаты
из письма Льва Вершинина. Получается все с точностью  "до наобо-
рот".
   А ускорение свободного падения в одно "же" фэны,как и все че-
ловечество, как-нибудь  перетерпят. Терпели  несколько миллионов
лет (или сколько там существует человек?),потерпят еще немного -
сколько  там нам осталось? Можно было бы и поменьше - мне всегда
хотелось немного полетать... А Вам?


                    Евгению Юрьевичу Лукину:

   Милостивый государь, Евгений Лукин!
   Благодарю  за предложение дуэли. Мне тут объяснили, сам я про
это забыл,что вызов на дуэль посылался только равным себе. Я ду-
маю,что у Вас это получилось непроизвольно,но все равно спасибо!
   Однако, хотелось бы напомнить, что по дуэльным правилам выбор
места  и  оружия остается за оскорбленной стороной. Что касается
первого, то думаю, место проведения  "Интерпресскона-95" устроит
нас  обоих. А по второму - каждый выбирает, что ему ближе. Мне в
данном случае - я же книготорговец - ближе пачки с книгами. Поэ-
тому  попросим  Сашу  Сидоровича пригнать машину книг, а далее -
возможны варианты:
   - погрузочно-разгрузочные работы до полного изнеможения;
   - закидывание друг друга этими самыми пачками;
   - распространение книг среди присутствующих (не безвозмездно,
естественно), с тем, чтобы материально помочь организаторам.
   Что Вас устроит?
   Количество секундантов тоже прошу сообщить заранее, поскольку
может возникнуть необходимость в нескольких машинах.
   Я  же, однако, предпочитаю  другое. Пусть  каждый  занимается
своим делом: Вы с супругой пишете новые произведения,как фэн - я
их читаю (с удовольствием!),наша фирма их издает (нет такого же-
лания?!), а  как  торговец - я эту книгу продаю. Вот тут и можно
устроить  дуэль (а лучше соревнование - по натуре я человек мир-
ный!) - кто быстрее со своим делом справится!


                 Эдуарду Вачагановичу Геворкяну:

                     "Я ПРОСНУЛСЯ! ФЛЕЙШМАН"


          Игорю Всеволодовичу Можейко (Киру Булычеву):

   Уважаемый Игорь Всеволодович!
   Я не "гигант  отечественной  мысли" и не  "местная тусовочная
фигура" (кстати, Флейшман - это  не имя, а фамилия, а зовут меня 
Юрий Гершович). 
   Не соответствует истине (или Вы просто запамятовали) Ваше ут-
верждение, что  мы не знакомы. Знакомы, причем довольно давно. В
моей  библиотеке  есть  книга Кира Булычева с личным посвящением
автора Ю.Флейшману. В моем архиве хранится переписка с Вами. Ко-
нечно же, Вы не помните беседу со мной на одной из "Аэлит", но в
моей памяти она осталась... Так что мы знакомы.
   И я, кстати, полностью согласен с Вашими словами,сказанными в
адрес "Странника".
   Но вот со словами, сказанными в мой адрес,я согласиться реши-
тельно не могу. Неужели Вы настолько невоспитанны, что позволяе-
те  себе походя дважды оскорбить совершенно незнакомого - по Ва-
шим словам - человека, небрежным жестом налепив на него абсолют-
но  безосновательные и несправедливые ярлыки. Уж от кого-кого, а
от Вас я такого не ожидал. Нет желания извиниться?


                      Господам Странникам:

   Я  не  собираюсь  указывать Вам, кому и за что вручать премию
"Странник". Это Ваше дело,профессиональное. Но хотелось бы заме- 
тить: продолжая относиться к фэнам, как к предмету интерьера, Вы
когда-нибудь  при вручении можете очутиться в пустом зале. Или -
за отдельную плату - будете нанимать статистов.
   И еще:после первого же вручения "Странника" писатели Булычев,
Логинов, Штерн, Щеголев публично заявили о своем нежелании номи- 
нироваться  на  эту премию. Не боитесь, что их примеру последуют
другие, и в номинации будут только Ваши фамилии?

                                                   Юрий Флейшман
   3.01.199



Другие статьи номера:

Колонка редактора - C.Бережной, А.Николаев.

Аналогии - Краткая история научной фантастики.

Тост - Ода библиографии фантастики.

Новые строки летописи - Номинационные списки премий "Бронзовая улитка" и "Интерпресскон" 1995 года. Лауреаты премии "Хьюго".

Вечный думатель - Открытое письмо издателям.

Галерея герцога Бофора - Новые поступления в экспозицию.

Умножение сущностей - Как умирают ёжики или Смерть как животворящее начало в идеологии некроромантизма.

Есть такое мнение - Диагноз навсегда.

Барометр - Стоящие на стенах Вавилона.

Новые строки летописи - Белое пятно в центре Евразии.

Курьер SF - Новости от издательств.

Посвящение в альбом - Мы знаем, что мы перешли из смерти в жизнь, потому что любим братьев; не любящий брата пребывает в смерти.

Беседы при свечах - Андрей Чертков - Вячеслав Рыбаков.

Поспорить с Арбитманом - Открытое письмо Роману Арбитману.

А/Я 153 - Строки из писем.

Шлейф - Юрий Гершович Флейшман.

Мимоид - Профессор накрылся. Разоблачуханные. Интервъю с петлёй на люстре. Судия.


Темы: Игры, Программное обеспечение, Пресса, Аппаратное обеспечение, Сеть, Демосцена, Люди, Программирование

Похожие статьи:
Пользователям - классификация игровых программ.
Реклама - Реклама и объявления...
Editorial - Unbeliever: "С трудом я вспоминаю о каких-либо шоковых программных продуктах последнего времени. Очередная версия Best View, быстро развивающийся BGE, HRiP и AcEditor, это наверное все, что достойно внимания..."

В этот день...   19 сентября