Юмор — «Неуместный смех» и рассказы о Мише

Tagan News #07

Юмор

Продолжение рассказов об одном чуваке и его кореше Мише. Публикую последние два «произведения». Если кого заинтересовало «творчество» этого автора, шуруйте на http://udaff.com

Ищите там творчество автора Пункт. Как всегда, слабонервных и трепетно относящихся к русскому языку и грамматике (а также синтаксису и пунктуации :) ) прошу не читать.

Неуместный смех

К вапросу а неумесном смехе. Када мы с мишей были пиздюки и неумели драчить и ругаца матом, наша класная ручка задала вапрос: «кто хочит учацтвавать в алимпиаде па химии — там типа недабор, нужны исчо два уебана...» Перваво уебана ана назвала пачимуто сама — это был я, типа атличник хуе-мае. Фтарой уебан поднял руку за кампанию — миша, истесна. Училка бля долга самнивалась, паскоку миша был еблан па жызни и двоечник биспрабудный, но никаго нах более не нашлось, паэтому смирилась.

Кароче, алимпиада в актавом зале. Расставили парты, фсе батаны ф сборе. Панеслась. Уселись, раздали листки с заданиями — на время. Хули епт, я начал там задачку решать, а миша бля в химии как нах и в астальных придметах мяхка гаваря даун был... ужасный... Сидит, миня атвликает, дергаеца — какую-нить хуйню придумает, типа там казюлю казырную из носа вынет и паказывает, типа «пасмари, пасмари!» Я пагыгыкаю, нас тутже училка адергивает — типа малчать, сцуки, уволю нах! Вопщим, в ытоге ана сказала — фсе бля паследние замичание — дальше если не успакоетесь, пизда вам асвенсум нахуй. Тут мы притихли, я пра мишу забыл — сижу решаю.

Через какоета время он миня молча так нежно па плечу пастукивает. Я бля афтаматически биз нах задних мыслей паварачиваюсь, а у ниво у ссуки ручка патекла, и он сибе бля весь ебасос спицальна чирнилами вызмазал и такой на миня лыбица: «ГЫЫЫЫЫЫЫЫЫ!» И так руками характерно пальцы растапырил, типа бля вот он я нахуй, клоун бальших и малых тятрофф — прашу любить и жалавать! И еще казюлю эту ебучую на лоб налепил для композиции, пидарас... Я канешна не выдержал и нас выпиздили пад срачник.

Я вот лична никада не любил ни цирк там, ни тиатр, ни фсякую такую хуйню ф прямом эфире — патамушта подспудно всигда баялся, што што-то вот-вот сарвеца, там акрабат ебницца или клоун умрет, хуй знает, волновался кароче, и это меня просто зайобывало. Неприязнь ясен хуй на фсю жызнь.

А тут нашу группу высокакультурную пагнали срочна в тиатр — есть в нашем гораде адин такой супер-авангардный, камерный называеца — т.е. блять если сидеть на первом ряду, то нах без праблем можна рассматреть любой прыщ на ибале актера или пачуять, как у ниво изо рта ваняет гавном — настока этот тиатр ебучий маленький — зал чек на 20 не больше. Но бля сриди багемы щитаеца, я ебу. Хули идти-то нада, и не патаму што бля там зачот будит зависить, а проста — из любапытства и тяги к аригинальному.

Цепляю свайу дуру с сабой и мишу, истесна, паскоку изначально было ришено убицца. Памимо описаной уебанской кампании сриди прочих зрителей там присуцтвовали декан, зафкафидрай и бля какая-то прашамандоффка из секретарей. Ну и епт препод наш канешна (фсе жэнщины, кстати, — это бля мой афтарский трибьют к 8му марту).

Убились на улице, уселись, свет пагас и панеслась. Спектакль был нах сугуба-сугуба сирйозный как пиздетс, истарический и с такой глубокай маралью, што мы с мишей мамитально начали грузицца и на-

Юмор

хуй друк пра друга забыли (пра девачку сваю йа забыл када еще раскуривались, похуй, ана привыкла. Прости Настя — я тибе зато пидзатый трусняк купил к прадзнику). Сижу ахуеваю, слышна бля как зрители сопят а у актеров в жылутках урчит. Неажиданно началось. Выбигает на сцену (2 на 2 метра, начинается сразу после 1во ряда) какой-то фтарастипеный пирсанаж — я на ниво смрю маладой пацан, а глаза ниспакойные пиздец, че-то суетной какой-та на месте хуй стаит, дергаеца не ф тему. Я сразу же делаю диагноз — на какомта сцука стимуляторе, винт там или кислата, хуй знает — может и нет, канешна, но мне так хателась штобы это было правдой патаму как миня сразу начило самаво прибивать. Разагаваривал этат тип акхуенна быстра, т.е. если дапустим нада былабы к примеру прапеть медлена што-та типа «Анееееегин я сссскккрыыывааааать ни стааануууу, нидааааавнааа йййаааа ибаааал Татьяяяяну» — он бы спел так: «АнгнскрптвнфцхчшТатяну!». Стопудова усаженый. Хули — дело маладойе.

Нада сказать, што пастановка была авангардная как и фся там хуйня — на якабы сцене был такой турникет па пояс — идинствиная дикарация каторую использавали как магли: и пад ним пралазили, и над ним нах прыгали, аб ниво терлись и прочее. Я кароче снова загрузился, а тут этаму типу па сцынарию нада было чериз турникет перипрыгнуть и съебать нахуй закулису где иво ждал злой сука рижыссер штобы выебать в жопу за нисаатвецтвие. Он карочи маналог свой дапиздел: «прствцшзжнмнгквчхпрт — пращай друк! я пашоооол!» и такой бля жырибец таржес-твенна так голову вверх, грудь впиред весь на подрывах подскакивает штоп сигануть, адну ногу закидывает и бля пряма яйцами на эту перикладину еблысь! призимляеца. Причом характерный сука звинящий звук «дзыннь...» (от перикладины, истесна, а не ат мудей... хатя хуй знаит), такое кароткое тихое скуление сквозь зубы — но он бля маладец терпит закидывает фтарую ногу, первая скальзит и он хуяк ибалом ап пол, нага причом на турникете асталась висеть. Тут же, гандон такой, фскачил, типа это ни я нихуя, сделал маску как так и надо и исчез навеки джекичан ебаный. Кароче фиаско пездетс. Уволили небось к ебеням...

Публика натянуто малчала — на сцене тоже затишье, такие бля палеты там нахуй редкасть, у фтарова актера аж глаз нах задергался. Пакряхтели крапалек и вроде уткнулись шоу маст гоу он, нах... Ну хули гаварить как это падейцтвавало на миня и на мишу-уебана. Вы ж люди знающие, далжны панимать. Вот вспомните как вам сильнее всиво хателась ссать. Умножте это сасатаяние на 10 и прецтафьте што мачивой пузырь в галаве. Вот также мне хателось смияца, ржать, арать бля прыгать и бицца жбаном аб этат нахуй ебаный сука турникет!!! И арать! И арать! Бляяяя.... кругом враги нах — диканы, я блять красный, рот кулаком закупорил думаю нахуй сцука главное на мишу блять ни сматреть а то пиздец — ни то што зачот, уволят нахуй из инстика тагда. Судороги у миня начались, причом нихуйовые. Мая миня гладить начала — я дергаюсь типа атъебись дура а то заару щас — вопщим чуствую сибя как баба перид родами. Слёзы из глаз размером нахуй с кулак на колени хуярят — яебу... Весь скуксился, наморщился, напрягся — кулак до крови пракусил, слюни нах па фсему ибалу... Заставил сибя думать а чом-то неприятном штоп атвлечся: фспомнил как увидел на улице катях краснаво цве-

та, фспомнил сцэну родов из теливизара, фспомнил как у насти на пизде какая-то хуйня фскачила и у миня са страху не стаял две нидели... - вроди начало атпускать. Тут я апраметчиво пасматрел украткой на мишу (блять, ведь нада ж с кем-та паделица!) и пиздец... па новой... У ниво фсе ибало заплаканое, сопля прям из носа тарчит, чето бля слюнями булькает, трясеца весь - пиздос вопщим, ща взарвеца. У миня снова епт такой же приступ. И так сукабля наверна минут 20 штоп не спизнуть - туда-цюда бля, туда-цюда... - причом, ебанарот, в галаве фсе время пафтарялся мамент када этот акрабат уебок яйцами ап ту хуйню пизданулся, и приступ начинался с большей силой. Хули грить... все зрители давно уже пра инцыдент забыли, а миша не выдержал и заарал (не засмиялся, ни заржал а именаа заарал) - причом бля еслиб он сука заарал в большом театре, то в малом бы фсе ахуели бы. Громка вопщим так как-то завижжал аж... пратяжно "АААААААААААААААААААхххххффцчшпухххх" и ф слюнях блять захлибнулся нахуй. Спектакль приостановлен. Вынуждиный антракт - свет ниуспели фключить как миша с криками, стонами, смешками, папердываниями и соплями удалился ф пизду чериз дверь. Я сижу терплю - мне хуйова. Жопа аж фспатела. Я кароче абричонно ицо ладонями закрыл и сижу бля дергаюсь ниибаца. Те кто дуют драп миня паймут и паддержут - приступы смеха терпеть нивазможна, даже еслибы мне гразил расцтрел ат фашысских акупантов - я бы фсеравно заржал бы, а хули тада гаварить а каком-та ебучем театре - истецтвина я тоже засмиялся, мяхка гаваря.

Новый год

Я чесна гря дедов марозов недолюбливаю и тянецца эта хуета ищо с децтва. Адним из самых ваще первых маих воспаминаний остаёцца празнование новово какова-та восемьсят лохматова года - нам с вадькой тада было года по 3 наверна, хуй помню. Помню тока квартира чья-то и пиздюльвы типа нас дахуища. У вадика была и есть тётя нах одна, мент или чикист хуй их разбирёшь - знаити, такая женсчина-салдат - беломор блять портупея, хуё-маё. Суровая такая тётка вопщим. Ну и шутки у неё, панятно, саатвецтвинные. И вот ф тот памятный вечер пробило эту тётю камуфлированную захуярить племяннику ниибаца праздник в виде самой себя дарящей какую-то хуйню там децкую. Фрюля заключалась в следующем - для придания этой цырымонии запредельнова гламура и невзъебенной сюрпризности тётя-мент решыла сцука сымпровизировать и аблачить себя в наряд деда как вы дагадались мароза. Помню сидим с вадиком на жопах в зале - чё-та там у нас своя какая-то движуха - и тут вдрук радители притихли и такие типа удивлённые: "ой а кто эта к нам пришол? Кто эта там ф кухне прячицца с падарками? ааа?" Мы с вадькой радосные, панятное дело, в приччуствии близких ништякоф апсалютно рефлекторно растягиваем сваи беззубые лыбы и начинаем пускать слюну - падарки-падарки-падарки... И тут суканах из кухни, кашляя и спотыкаясь, такой тяжолой милицейской поступью выходит дед марос, блядь. Дед мароз в панимании совецкаво милицыанера тире чикиста выглядел следующим образом (это я чотка запомнил, ссука..)- снизу вверх: обфоршмаченные кирзачи, какойта красный задроченый халат с дырой падмышкой, жыденькая барада из длинной жолтой мачалки, измазаный красной памадой шнопак, солнечные зилёные ачки модель тиливизар (типа

Юмор

штобы табло не фпалили), апять жы красный лыжный петушок с натписью спорт, ну и блять халщовая сумка с изображением группы абба где и нахадился сопсна падарок.

По торчащим из-за ебенячих акуляров потным щекам было понятно што дед мароз улыбаецца. Деду марозу харашо...

В последующей своей жызни, фсякий раз кагда я слышал заежженные словасачетания типа «гримаса ужаса» или там «обезображенное страхом лицо», мой мозг афтаматически выдавал картинку вадькинова ибала, кагда этот дарт вейдер с ним загаварил: «а где тут наш вадимка нах? а я ему тут кой-чё принёс...» (басом таким). ...Ёбанарот это было страшно пездетс... Я б даже сказал это было суканах по-фашысски чудовищно. Несмаря на то што бабай пиздел вроди как не со мной, труханул я нихуёво, не по-децки даже, не побоюсь этава слова нах. Карочи наши неокрепшие лобики покрылись канкретна блять халодным потом, радосные улыпки медленно сменились совершенно противоположным выражением лица и вадик обосрался.

Обосрался тихо, быстро, без лишней суеты. Помню, главное, глаза ево... такие большие-большие... моргают несинхронно...

Па славам очивиццев шок от этава перфоманса был настока мощным што мы с вадиком вашли ф ступар и забыли даже заплакать. А када тётя просекла што чё-та видима нетак (ну типа чё-та мы молчим долго, ёбла одинакаво кривые и гавном ваще заваняло...), ана начала реско разоблачацца штоп типа вывести детей из комы пака исчо пульс вроди есть — скинула нахуй халат, бороду и сумку с аббой — долга стягивала со жбана петушок и в ытоге у нее на дыне вспучилось такое нихуёвое афро, плюс к тому снять модные ачки ана ф торопях забыла — карочи блять получился такой бонифаций на каникулах сука. Ну и тут уже, паскоку видимо тётя-мент была нами частично узнана но фсё равно оставалась страшной што пиздец, мы с вадькой ожили и начали арать фальцетом, попутно уёбывая аттуда хто как умел.

Поделитесь вашим мнением о статье