Z úřední moci a jménem císaře

Кто бы не нервничал? Если бы вас вызвал начальник отдела, чтобы вы вместе с ним провели служебный межпланетный разговор, хотя до сих пор вы максимум раскладывали документы по папкам и доливали кофе в автомат, — вас бы это тоже выбило. Я ждал в приёмной добрых десять минут. Странно: межпланетные ведь заказывают на конкретное время, опоздать не могут. Наконец зашумели двери его кабинета, начальник выглянул и со скупым: «Коллега?» — впустил меня внутрь.

«Пожалуйста, садитесь здесь и слушайте. Спасибо.»

Он сел в кресло и активировал терминал. На экране было хоть и сплошное чёрным-чёрно, но начальник сразу заговорил: «Предполагаю, что говорю с генерал-поручиком Строительства 3-236-13-2-2-9. Извиняюсь за некоторое ожидание. Хотел бы обсудить с вами дело под названием „Заявление о выдаче разрешения на строительство комплекта частично упрочнённых полупрозрачных объектов шарообразной формы, предназначенных для инкубатора космического военного флота“, ведущееся моим ведомством под номером дела 312e6+13/2639. Данное заявление властью закона именем императора отклоняется.»

Прежде чем другая сторона успела хотя бы начать думать о каких-либо возражениях, он продолжил: «Позвольте обосновать эту позицию. Во-первых: строительство этих объектов нарушило бы исторически ценную панораму памятника планетарного значения, который в реестре значится под обозначением Панельный микрорайон Praha-Prosek. Предметные объекты по причине иной формы и консистенции никак нельзя было бы вписать в панораму. А во-вторых: дополнительные сведения, вами направленные, при принятии решения учесть было нельзя, поскольку они поступили по истечении установленного законом срока их подачи. Обращаю внимание, что ограничивающий фактор скорости света как максимально возможной скорости распространения информации при строительном производстве не учитывается, и заявителю надлежит справиться с ним по собственным возможностям. Ведомство не может делать в этом отношении исключений, ибо иначе произошло бы его переполнение и паралич.»

Строительство — раса гигантских разумных червей. Общаются они исключительно запахами, выделяемыми всей поверхностью тела, так же и дышат; тем не менее, если сыпать в них с одной стороны песок, с другой падает прекрасный прочный бетон, и у них отличное геометрическое воображение. Поэтому император их и выбрал строителями. Межпланетные разговоры с ними всегда только аудио, и даже этим аудио занимается машина, которая из их мускусных брызг делает прекрасный плавный машинный чешский. Сейчас он молчал. После доброй минуты тишины из него раздалось: «Решение принимаем. Проект пока отменяется, будет подготовлено новое заявление.»

Снаружи я по-прежнему держал каменное лицо, а внутри злорадно хихикал в воображении космического корабля, полного этих членистоногих, которые перелетели пол-Галактики — и теперь их в замысле останавливает абсолютно непробиваемой аргументацией какой-то чиновник пражского магистрата. В том корабле сейчас должна была быть и образно, и буквально довольно душная атмосфера.

Начальник формально завершил разговор, повернулся ко мне и сказал: «Если вы всё поняли, коллега, можете идти.»

Я понял очень хорошо.

-

Но мне совершенно ясно, что вы не понимаете ни капли. Как бы вы и могли — последние двести лет вы замороженные плыли по космосу. Так что с начала: через несколько лет после запуска вашего корабля к Земле прибыл Великий освободительный флот Галактической империи. Атаковал довольно быстро и неожиданно, а мы ещё неожиданнее атаку отразили. После сотен лет насильственной экспансии по всей галактике они не предполагали чего-то столь примитивного, как реактивные ракеты с атомными боеголовками, так что пока до них дошло, что к ним летит, — с ними было покончено. Семьдесят лет потом ничего не происходило. На Земле государства ООН спорили, как лучше построить оборону и кто за это заплатит. Никакой обороны не возникло, и когда императорский флот вернулся, мы сдались. На поле недалеко от Golčova Jeníkova приземлился космический корабль в форме жука, из него вылезла гигантская лягушка и объявила Землю 92-й планетой своей империи.

Да, космический император — лягушка. Существует в одном-единственном экземпляре, которого когда-то очень давно создали существа, похожие на нас. У них, возможно, было иное число пальцев на иначе устроенных конечностях, центры обоняния там, где у нас уши, но в остальном это были честные гуманоиды, развившиеся из местного эквивалента обезьян. Эволюционно они зашли так далеко, что однажды им пришло в голову попробовать создать собственную разумную жизнь, которая не была бы гуманоидной. Можно сказать, у них получилось — лягушатник однажды очнулся, осознал своё существование и, поскольку имел и по отношению к своему довольно большому телу аномальный мозг, после короткого размышления истребил с помощью их же техники всё население своих создателей. И этого ему было мало. Совершенно автоматизированную технику творцов он использовал для постройки достаточно большого и качественно вооружённого космического корабля и отправился в космос искать жизнь, себе подобную. И, разумеется, уничтожать жизнь, подобную своим создателям. Не всегда это было совсем сложно. Например, на планете Строительства гуманоиды как раз атомарно воевали друг с другом — он только добавил. Несколько увеличенных радиацией червей объявил своими придворными строителями и полетел дальше. Даже завёл систему: если найдёт гуманоидный вид, который в каком-то свойстве превзойдёт другую из рас его империи, позволит ему выжить. Только гуманоиды нигде ни в чём не были лучше. Нельзя конкурировать в поедании глины с червями, потому что вы глину просто не едите. Нельзя конкурировать в производстве тканей с пауками, потому что из вас не бьёт качественное прочное волокно. Нельзя конкурировать в полётах космосом с гигантскими анаэробными жуками, потому что к вам недостаточно прищёлкнуть двигатели и оружие, чтобы из вас вышел боевой крейсер.

Девяносто две планеты так были присоединены к империи; на них нашли десятки видов, способных мыслить, и хотя примерно половина из них была гуманоидной, человечество стало первым, кто выжил. Императора буквально очаровала наша способность к административной обработке. Вид, который почти три четверти века из-за бюрократических проволочек, бесконечных переговоров и голосований в комитетах, подкомитетах и прочих правительственных и неправительственных органах не смог решить собственную оборону перед очевидной угрозой, не имеет аналогов в известной вселенной. Поэтому он не только оставил нас, но и доверил нам управление всей империей.

Почти сто лет Земля — большая канцелярия. Хотя Великим освободительным флотом по-прежнему правит император, обо всём практическом решаем мы. И начальник сейчас показал мне, как этим воспользоваться для медленного разложения державы. Задерживать, отказывать, не принимать, оспаривать, отклонять. Всё вполне легально, по праву, властью закона и именем императора. А они потом вообще не знают, что с этим делать.

Сто лет назад, сразу после капитуляции, план вашей экспедиции изменили. Вы летите гораздо дальше, чем должны были изначально, в места, которых даже император ещё не знает. Многие люди этого не знают — официально вас объявили пропавшими. Когда это сообщение до вас дойдёт, вы будете у необитаемой, но обитаемой планеты. Приземлитесь, обживитесь, живите. Нас пока не контактируйте — отзовёмся сами. Думаю, это уже недолго: как только начальник посвятит нас глубже, скоро тут начнёт разваливаться. Властью закона и именем императора...

Этот рассказ я написал в пору, когда в СМИ обсуждали строительство библиотеки Kaplického в Праге, которая из-за бюрократии и политики так и не была построена. Это мой дебют; после него я уже никогда ничего не написал, и он долгие годы лежал в ящике — так что это, возможно, на нём заметно.

Опубликовано только в дискмаге Restore номер 0. --- Logout